Искусственный интеллект и интеллектуальная собственность: кто автор, если не человек?

Генеративные модели ИИ, такие как ChatGPT, DALL-E и Midjourney, способны за секунды создавать оригинальные тексты, изображения, музыку и даже программный код. Это коренным образом меняет процессы творчества и инноваций, но вместе с тем ставит под сомнение один из основополагающих принципов права интеллектуальной собственности, существующий сотни лет: должен ли создатель произведения или изобретения быть человеком?

Традиционное право интеллектуальной собственности, как в контексте авторских прав, так и прав промышленной собственности (патенты, товарные знаки, промышленные образцы), ставит в центр «человеческий» фактор. Например, в Турции Закон об авторских и смежных правах (FSEK) № 5846 определяет автора как «физическое лицо, создавшее произведение». Аналогично, согласно Закону о промышленной собственности (SMK) № 6769, лицо, совершившее изобретение, то есть «изобретатель», также должно быть человеком. Правовые системы построены на предположении, что творчество и изобретательская деятельность являются продуктом умственных и интеллектуальных усилий человека. Но как быть с этим традиционным определением, когда алгоритм ИИ создает оригинальную картину при минимальном вмешательстве человека или разрабатывает новое химическое соединение?

Ответ на этот вопрос зависит от роли ИИ в процессе создания. В первом сценарии ИИ используется как «инструмент». Подобно тому, как фотограф редактирует фотографию с помощью Photoshop, художник может создать произведение, давая ИИ определенные команды (промпты), выбирая цветовую палитру и многократно редактируя результат. В этом случае контроль над творческим процессом и окончательные решения остаются за человеком. Юридическая доктрина и современная практика в значительной степени сходятся во мнении, что в этом сценарии автором является человек, использующий ИИ как инструмент. Поскольку творческая воля и оригинальный вклад исходят от человека, именно он и будет пользоваться защитой авторских прав.

Настоящая юридическая дискуссия разгорается во втором сценарии, когда ИИ перестает быть «инструментом» и становится автономным «творцом». Представьте, что ИИ самостоятельно сочиняет оригинальную симфонию или открывает молекулярную структуру лекарства, обучаясь и анализируя наборы данных без конкретной команды человека, за исключением общей цели. В этом случае, кто «создает произведение» или «делает изобретение»? Сам ИИ? Программист, который его написал? Владельцы наборов данных, на которых он обучался? Или компания, которая управляет ИИ и инвестировала в него? Существующие правовые рамки не могут дать четкого ответа на эти вопросы.

На международном уровне по этому поводу ведутся серьезные судебные разбирательства и дискуссии. Одним из самых известных примеров являются патентные заявки доктора Стивена Талера, в которых он указал в качестве изобретателя свою систему ИИ под названием «DABUS». Многие ведомства, такие как США, Великобритания и Европейское патентное ведомство (ЕПВ), отклонили эти заявки на том основании, что изобретатель должен быть человеком. Аналогичным образом, Бюро по авторским правам США в деле о комиксе с изображениями, созданными ИИ, постановило, что защите подлежит только текст, написанный человеком, и творческое расположение элементов, в то время как сами изображения не могут пользоваться защитой авторских прав. Эти решения показывают, насколько силен до сих пор принцип «автора-человека».

Как же право может адаптироваться к этому технологическому развитию? Рассматриваются три основных возможных сценария. Первый — признание произведений и изобретений, не имеющих автора-человека, общественным достоянием. Хотя этот подход облегчает доступ к информации, он может оказаться слабым стимулом для многомиллиардных инвестиций в разработку ИИ. Второй сценарий — создание новой категории прав «sui generis» (особого рода) для контента, созданного ИИ. Это могло бы обеспечить более ограниченную и краткосрочную защиту, чем авторское право, защищая инвестора и не упуская из виду общественные интересы. Третий и, по-видимому, самый прагматичный сценарий — это передача прав собственности физическому или юридическому лицу, которое разрабатывает, обучает или легально эксплуатирует ИИ. Этот подход можно сравнить с существующими принципами «служебного произведения».

В заключение, правовой статус контента, созданного искусственным интеллектом, является одной из самых актуальных и сложных проблем в области интеллектуальной собственности. Законодательство по всему миру, включая турецкое право, еще не обновлено таким образом, чтобы в полной мере реагировать на эту технологическую революцию. В текущей ситуации создателям и компаниям, производящим контент с помощью ИИ, документирование степени человеческого вмешательства и творческого вклада в процесс может создать благоприятное положение в возможных юридических спорах. В этой новой и динамичной области получение юридической консультации для защиты ваших прав и правильного определения стратегии имеет как никогда важное значение.